А.И. Готлиб

Новые сюжеты таштыкского искусства
(предварительная публикация).

// Современные проблемы археологии России. Том II. Новосибирск: 2006. С. 78-83.

Изучению искусства таштыкской эпохи в Минусинской котловине в последние десятилетия уделяется достаточно большое внимание. На основе исследования предметов искусства из коллективных могил-склепов удалось классифицировать и выделить таштыкский художественнй стиль как яркое явление духовной культуры населения Южной Сибири в хунно-сарматское время [Грязнов М.П., 1979; Савинов Д.Г., 1995]. Многими исследователями отмечается, что предметы искусства в грунтовых таштыкских могилах встречаются достаточно редко и «не дают целостного представления о художественном творчестве ранних таштыкцев» [Панкова С.В., 2005].

Одним из ярких и уникальных памятников искусства таштыкской культуры является находка в одной таштыкской грунтовой могилы [-ле] берестянного [берестяного] короба со стилизованным рисунком хищного зверя, обнаруженная при охранных раскопках могильника Чёрноозерное-II в 2001-2002 гг. в Ширинском районе Республики Хакасия.

В ходе реконструкции автомобильной дороги проводились аварийно-спасательные раскопки одного из тагарского курганов данного могильника. На территории кургана удалось обнаружить многочисленные древние захоронения, относящиеся к трём археологическим эпохам: тагарская, тесинская и таштыкская. В таштыкское время на кургане было устроено настоящее кладбище, состоящее из взрослых грунтовых могил с лиственничными срубами и детских погребений в каменных ящиках. Всего было раскопано 32 таштыкские могилы.

Особое и исключительное место среди таштыкских объектов занимает могила №9. Это небольшой каменный ящик квадратной формы, размерами 0,8×0,8 м. Внутри ящика находился берестяной короб ладьевидной формы, в который был поставлен неорнаментированный сосуд баночной формы. В сосуде были найдены: человеческий зуб (ребёнка?) и две небольшие жжёные косточки. Предположительно данная могила является помином.

Восстановить полную форму короба не представляется возможным из-за плохой сохранности. Размеры сохранившейся части берестяного короба: 0,58×0,18×0,15 м. Короб состоял из двух частей, которые накладывались друг на друга и прошивались. На берёсте обнаружены следы систематических отверстий. При осмотре берестяных обрывков внутренней части короба на одном из крупных фрагментов выявлен великолеп- ный по качеству и технике исполнения рисунок хищного животного (рис. 1 и рис. 2). Рисунок стилизованный и выполнен тонкими резными линиями. Размеры фрагмента берёсты с рисунком: 0,22×0,3 м. Обращает на себя внимание необычность характера изображения животного. Стилизованный образ хищного «зверя» показан в движении. Массивное туловище с чётко выделенной холкой, длинный загнутый на спину хвост, оканчивающийся округлой кисточкой; поджарый живот с мощной грудью; длинные, изогнутые в коленях лапы, вывернутые когтями наружу; выразительная массивная морда; торчком стоящие треугольной формы два уха – таково изображение этого хищного «зверя». К сожалению, повреждена часть рисунка с изображением морды зверя. Поэтому образ животного не является законченным для нашего восприятия и непонятно какое животное здесь изображено: реальное – собака, волк, медведь, рысь или иной кошачий хищник(?), а может быть это фантастический зверь. Из ярко выраженных стилистических особенностей рисунка животного следует выделить полусогные лапы с чётко показанными тремя когтями в виде полукружий на каждой лапе; хвост с кисточкой; ноздри, а возможно и пасть зверя также выполнены в виде окружностей. Примечательная деталь изображения – сплошное заполнение внутреннего пространства рисунка тонко прочерченными вертикальными и изогнутыми линиями. Рисунок животного полностью покрыт такими линиями.

(78/79)

Холка животного показана короткими вертикальными чёрточками. Специфической особенностью является и незаконченность изображения задней части животного. Нарисована только одна задняя лапа. Далее рисунок зверя ограничивается прочерченной дугообразной линией, которая обозначает место наложения на данный лист берёсты второго внешнего листа. В этом месте листы берёсты сшивались между собой. Видны парные сквозные отверстия.

При осмотре данного обрывка берёсты над головой хищного «зверя» в другой технике исполнения нарисован контурный рисунок копытного животного, предположительно, косули. Рисунок сохранился не полностью. Изображение прочерчено сплошной тонкой резной линией. Косуля головой показана в противоположную сторону направлению головы «зверя». Передние сомкнутые ноги косули упираются в холку хищного животного. Рисунок косули выполнен в классической таштыкской манере. Не вызывает никаких сомнений одновременность двух изображений животных на данном фрагменте берёсты.

Стилизованные изображения хищного «зверя» в таштыкском искусстве в такой манере исполнения ранее неизвестны. Представляет интерес показательная аналогия с территории Северо-западного Китая синхронная по времени изображению из могильника Чёрноозерное-II в Хакасии. Речь идёт о фрагменте двухцветной шёлковой ткани из могильника Лоулан (Синьцзян, Хотанский оазис) из коллекции Аурела Стейна, находящейся в собрании Национального музея Нью-Дели, Индия [Krishnâ Riboud, Loubo-Lesnichenko E., 1973] (рис. 4). На шёлке мы видим стилизованное изображение фантастического хищного кошачьего животного. Спина животного плавно изогнута. Хвост зверя запрокинут за спину и оканчивается пушистой кисточкой. Лапы показаны изогнутыми, вывернутыми когтями на внешнюю сторону. Внутреннее пространство рисунка тела животного заполнено поперечными изогнутыми линиями. Такая манера изображения фантастического зверя на шёлке, по-нашему мнению, совпадает со стилистическими особенностями рисунка на берёсте из Хакасии. Одна существенная деталь прослеживается на шёлковом изображение из Синьзцяна – у животного на спине условно показано крыло.

Стилизованное изображение хищного зверя, обнаруженное в грунтовом могильнике таштыкского времени на севере Хакасии, как и татуированные рисунки на мумии из таштыкского могильника Оглахты VI, несомненно, имеют определённые аналогии с территорией Северо-западного Китая в хуннскую эпоху, но характер связи населения этих двух регионов в это время пока не понятен [Панкова С.В., 2005].

При осмотре сохранившихся фрагментов берестяного короба совершенно неожиданным стало [-ной стала] ещё одна замечательная находка. На одном из обрывков короба были зафиксированы прочерченные знаки, внешне очень напоминающие руноподобные знаки письменности (рис. 3). Чётко читались два таких знака и фиксировались следы ещё одного знака. К сожалению, осталось не выяснено как соотносится обрывок с руническими знаками с фрагментом берёсты с рисунком хищного зверя. Оригинал фрагмента берестяного короба с предполагаемыми знаками был передан на экспертизу известному тюркологу С.Г. Кляшторному, в связи, с чем выражаем искреннюю благодарность Сергею Григорьевичу. По предварительному заключению уважаемого учёного не вызывает сомнений палеографическая оценка знаков как классического варианта енисейской руники [Акт апробации надписи С.Г. Кляшторным от 12-15 февраля 2002 г.]. Исследователь переводит данную надпись на русский язык как еда, корм.

(79/80)

Прорисовка берёсты с предполагаемыми руническим знаками. Могильник Чёрноозерное-II, могила №9

(Открыть Рис. 3 в новом окне)

Фрагмент шёлковой ткани, могильник Лоулан (по Krishnâ Riboud, Loubo-Lesnichenko E., 1973).

(Открыть Рис. 4 в новом окне)

Мы понимаем всю важность данной находки, и если принять точку зрения С.Г. Кляшторного, то мы имеет первый случай обнаружения несомненной руники в памятнике раннеташтыкского времени на территории Южной Сибири. Необходимы дальнейшие исследования в этом направлении.

Замечательная находка берестяного короба с рисунками и предполагаемой рунической надписью в таштыкском могильнике Чёрноозерное-II является первой подобной находкой на территории Минусинской котловины.

Список литературы.   ^

Грязнов М.П. Таштыкская культура // Комплекс археологических памятников у горы Тепсей на Енисее. – Новосибирск: изд-во Наука, 1979. – С. 144-146.

Панкова С.В. Новые образы таштыкского искусства и их параллели // Археология Южной Сибири: Идеи, методы, открытия. Сборник докладов международной научной конференции, посвящённой 100-летию со дня рождения члена-корреспондента Российской академии наук С.В. Киселёва. – Красноярск: РИО КГПУ им. В.П. Астафьева, 2005. – С. 183.

Савинов Д.Г. О происхождении таштыкского стиля // Древнее искусство Азии. Петроглифы. – Кемерово, 1995. – С. 6-10.

Krishnā Riboud, Loubo-Lesnichenko E. Nouvelles dėcouvertes soviėtiques a Oglakty et leur analogie avec les soies façonnėes polychromes de Leou-Lan – dynastie Han // Arts Asiatiquts [Asiatiques]. Tome XXVIII. 1973, S. 157, Pl. 5 B.

наверх