главная страница / библиотека / оглавление книги / обновления библиотеки

М.П. Грязнов и др.

Комплекс археологических памятников
у горы Тепсей на Енисее.

// Новосибирск: 1979. 168 с.

 

Афанасьевская культура (М.П. Грязнов)

 

Тепсей VIIТепсей VIIIТепсей XТепсей XIIIОтдельные находки в разных пунктах

 

В четырёх пунктах у подножия горы Тепсей обнаружены памятники афанасьевской культуры. Это могильник на площади двух смежных пунктов Т. VIII и Т. VII. В первом исследованы 2 могильные ограды, расположенные в 10 м одна от другой, во втором на расстоянии около 200 м к юго-западу от них — третья ограда, почти полностью уничтоженная на склоне мыска. Наибольший интерес представляет открытие первого на Енисее поселения афанасьевской культуры — Тепсея X. Кроме того, далеко от названных двух памятников в Тепсее XIII найден зарытый в землю большой горшок и в разных местах собраны немногочисленные каменные орудия (песты и колотушки), подобные тем, какие известны по находкам в погребениях афанасьевской культуры.

 

Тепсей VII.   ^

 

На юго-западной оконечности мыска, разрушаемой с одной стороны овражком, а с другой — развевающими террасу ветрами, среди оползающих по склону террасы плит от могил тесинского этапа, были обнаружены (1968 г.) фрагменты большого афанасьевского горшка. В 1976 г. при раскопках этого мыска выявились остатки круглой ограды (сохранилась четверть её окружности) (см. рис. 6) и фрагменты двух сосудов — небольшого яйцевидного, орнаментированного полосами косых оттисков гребёнки и большого неорнаментированного, часть черепков которого была собрана ещё в 1968 г. Ограда сделана из плитняка, сохранившаяся часть сложена в 4-5 рядов на высоту до 40 см.

 

Тепсей VIII.   ^

 

Обнаружены и исследованы 2 ограды афанасьевской культуры — одна в северо-западном углу силосной траншеи (огр. 14), другая на пологом восточном склоне увала, рядом с десятикаменным сарагашенским курганом (огр. 4).

 

ОГРАДА 4. На поверхности склона увала виднелись развалы плитняка. Раскопками установлено, что это остатки могильной ограды (рис. 10).

 

Ограда круглая, сложена из плитняка, сохранилась лишь на одну четверть своей окружности. Диаметр её предположительно достигал 10, ширина — почти 1 м. Стены сохранились на высоту до 40 см в 5-6 рядов плиток. Большая часть ограды и верхние части могил уничтожены в процессе формирования склона ложбины. Очертания могильных ям в песке не прослеживаются. Обнаружены 3 могилы, но, возможно, их было больше.

 

Могила 1. Расположена по склону увала, в почвенном слое, отчасти в дерновом. На глубине предположительно 40 см от поверхности древней погребённой почвы, в данном месте уничтоженной, встретился скелет (рис. 11). Кости скелета значительно разрушены и смещены, среди них имеются обугленные остатки дерева. В могиле был похоронен крупный мужчина 40-60 лет крепкого сложения. Он лежал на спине, головой на ЮЗ, левая нога согнута в колене и повёрнута направо, правая нога не сохранилась. Около колен, справа, найдены фрагменты большого горшка с приплюснутым дном.

 

В головах (к ЮЗ от черепа) несколько плит, назначение которых осталось неясным, и фрагменты другого такого же горшка, а также черепки третьего, орнаментированного ёлочкой, форма и размеры которого не установлены.

 

Могила 2. Находилась рядом с предыдущей. На глубине предположительно 70 см от поверхности древней погребённой почвы лежало несколько плит, занимающих площадь 180×80 см (см. рис. 11). Около них и отчасти под ними встретились лежавшие в беспорядке кости взрослого человека: череп плохой сохранности, лопатка, плечевая, крестец, рёбра, позвонки. Среди них 2 фрагмента таких же горшков, как и в могиле 1, а может быть, и от тех же самых, и 4 роговых «гвоздика». На этом же уровне располагались угольки и большие полуистлевшие части брёвен, местами обугленных, ориентированных преимущественно в направлении ЮЗ — СВ. Возможно, что это остатки покрытия находящейся ниже большой могилы. Не исключено также, что перед нами грабительский выброс из могилы 3 (в таком случае в этой могиле были погребены не 3, а 4 человека).

 

Могила 3. Ещё ниже, на глубине предположительно 130 см от древней погребённой почвы, по-видимому, располагалась основная могила ограды, вероятно, квадратная, со сторонами по 200-250 см. В её южной части в анатомическом порядке лежали кости ног трёх мужских скелетов, в одном случае вместе с тазом (см. рис. 11). Погребённые лежали, видимо, головой на ЮЗ или З, на спине, с согнутыми в коленях ногами, повалившимися направо. Двое были помещены рядом, третий — поверх одного из них. Остальные кости оказались беспорядочно разбросанными, большинство костей отсутствовало. К западу от костей ног

(20/21)

лежали в ряд 3 черепа без нижних челюстей, принадлежавшие мужчинам 30-40 и 40-60 (?) лет. Среди разрозненных костей обнаружили фрагмент черепа и нижнюю челюсть косули, а несколько выше, в заполнении могилы, — фрагмент плюсны и зуб коровы. По-видимому, в северном углу могилы находился большой яйцевидный остродонный горшок.

 

Последовательность сооружения могил в ограде представляется следующим образом. Основной, первой по времени, была могила 3. Спустя длительное время появилась могила 2 (поверх третьей), а уже потом могила 1.Время, разделяющее эти могилы, исчисляется годами, а возможно, и десятками лет, в течение которых ранее сделанная могила могла заполниться землёй.

 

ОГРАДА 14. Сильно разрушена бульдозером при рытье силосной траншеи. Сохранилась северная часть круглой ограды, сложенной из плитняка, и низ квадратной могильной ямы. Юго-западная часть могилы уничтожена бульдозером. Могила, возможно, ещё в древности ограблена. В северо-восточной части сохранились непотревоженными кости таза и ног трёх подростков, лежавших в ряд головой на ЮЗ. Ноги у всех были в свое время подняты вверх коленями, а затем повалились направо.

 

(21/22)

Рис. 10. Тепсей VIII. Ограды 4 и 4а. План и разрез сохранившейся части.

(Открыть Рис. 10 в новом окне)

Рис. 11. Тепсей VIII. Ограда 4. План могил 1-3.

(Открыть Рис. 11 в новом окне)

 

Вдоль северо-западной стенки могилы лежали переброшенные грабителями кости рук, рёбра и некоторые другие человеческие кости и с ними метаподии и фаланги четырёх ног овцы. В Сибири это первая находка остатков шкуры жертвенного животного в столь раннее время. Над погребением и на бортах ямы сохранились остатки наката из брёвен, положенных продольно поверх ямы, со временем прогнувшихся и провалившихся вниз.

 

Тепсей X.   ^

 

Первое и пока единственное на Енисее поселение афанасьевской культуры — Тепсей X — открыто нами на крутом берегу основного русла реки, на краю трёхметровой террасы, так называемой высокой поймы, затоплявшейся лишь в редкие годы исключительно высоких паводков. Здесь Я.А. Шер заметил в обрыве обломки костей и несколько черепков, показавшихся похожими на тагарскую керамику. М.П. Завитухина произвела зачистку этого обнажения во всю толщу наслоений до слоя подстилающего галечника. При зачистке был выявлен очень бедный культурный слой поселения, но не тагарской, а таштыкской культуры, и совершенно неожиданно в самом низу песчано-илистых отложений открылся круглый очаг, выложенный песчаниковыми плитками, а около него — черепки от горшков афанасьевской культуры.

 

Раскопки поселения производились в 1968 г. Сначала была сделана зачистка обнажения на протяжении 48 м, а затем широкой полосой заложен раскоп (16×5 м) общей площадью 80 м2 (M.H. Комарова).

 

Стратиграфия на месте исследованного поселения одинакова на всём протяжении зачищенного участка обнажения (рис. 12). Считая сверху вниз, слои располагаются следующим образом (см):

 

1 — недавно навеянный песок, поросший травой, но незадернованный . . . 10-30

2 — современная почва — окрашенная гумусом супесь . . . 15-25

3 — серая супесь . . . 35-60

4 — тёмно-серая супесь; в этом слое, преимущественно в его нижней части, содержатся остатки таштыкской куль[ту]ры . . . 60-70

5 — прослойки чистого песка, преимущественно линзовидные; они включены в нижние части слоёв 4 и 8 . . . 1-10

6 — тёмный суглинок, слабо окрашенный гумусом,— древняя погребённая почва; в верхние её горизонты включены небольшие линзовидные прослоечки чистого песка (слоя 5) . . . 20-130

7 — более тёмные тонкие линзовидные прослойки в погребённой почве . . . 1-2

8 — серый суглинок . . . 50-70

9 — углисто-сажистые прослойки — остатки кострищ . . . 0-10

10 — серый суглинок (такой же, как в слое 8), содержащий остатки афанасьевской культуры, сосредоточенные главным образом в углисто-сажистых прослойках . . . 25-40

11 — слой крупного галечника; преобладают гальки длиной 7-10 см . . . несколько метров

 

При раскопках слои именовались так: А — слои 2 и 3; Б — слой 4 (таштыкский) ; В — слои 6-8; Г — слои 9 и 10. Последний слой делился на две части: Гв — верхний — от верхних сажистых прослоек до нижних; Гн — нижний — от нижних сажистых прослоек до галечника. Раскоп был разбит на квадраты (2×2 м). Меридиональные ряды квадратов обозначались буквами а, б, в, широтные — арабскими цифрами 10-17 (рис. 13).

 

Процесс образования отложений на месте исследованной стоянки представляется в сле-

(22/23)

Рис. 12. Тепсей X.

Разрезы по восточной (I), южной (II) и северной (III) стенкам раскопа.

(Открыть Рис. 12 в новом окне)

 

дующем виде: галечник отлагался на дне пролегавшего здесь одного из основных русел, по которому ежегодно протекал стремительный весенний поток, настолько быстрый, что уносил все мелкие частицы, оставляя на дне только гальки величиной 7-10 см и заполняя свободные между ними пространства более мелкой галькой. Незадолго до появления на этом месте афанасьевцев русло быстрой весенней протоки переместилось. Здесь потекли спокойные воды, из которых оседали на дно мелкие частицы, образовавшие наслоения суглинка. Спустя какой-то довольно продолжительный период, за время которого отложился слой суглинка толщиной 100-120 см, наступил перерыв в накоплении осадочных материалов, на поверхности суглинка сформировался почвенный слой.

 

Культурные остатки афанасьевской культуры залегают с высоты 10-15 см над поверхностью галечника. Значит, афанасьевцы пришли на это место вскоре после того, как здесь начали отлагаться суглинки и поверхность русла протоки покрылась травяной растительностью. За время пребывания на рассматриваемой стоянке афанасьевцев суглинок успел отложиться всего на толщу в 15-30 см.

 

После некоторого перерыва процесс отложений речных наносов возобновляется, только на этот раз образуются супеси. Значит, снова здесь потекли быстрые воды, унося с собой глинистые частицы и оставляя тяжёлые песчаные. Случилось это незадолго до прихода сюда таштыкцев, когда исследуемое место начало вновь заливаться вешними водами и стали отлагаться слои супеси. Культурные остатки таштыкского времени залегают в нижней части супесей, отложившихся толщей в 110-130 см. На этом прекратилось накопление осадочных отложений, и поверхностный слой преобразовался в почвенный. Покрывающий почву песок навеян ветрами недавно из продуктов разрушения подмываемого рекой обрывистого берега.

 

Культурный слой, содержавший остатки афанасьевской культуры, в северной части раскопа членился на две части. Здесь хорошо была видна нижняя углистая прослойка, выклинивающаяся на квадратах 15-го ряда. Верхняя углистая прослойка прослеживалась по всей южной половине раскопа и отчасти в северной, где она выклинивалась в 15-м ряду квадратов. В 16-м и 17-м рядах на её уровне наблюдались лишь отдельные небольшие тёмные и тёмно-красные пятна — остатки кострищ. На уровне верхней углистой прослойки обнаружили немногочисленные культурные остатки, в том числе и каменный очаг 2 (см. рис 13).

 

Очаг представлял собой круглую ямку диаметром 110, глубиной 15 см, выложенную тщательно подобранными плитками трапециевидной формы. Плитки уложены наклонно под углом 40° к горизонту. Верхние края их хорошо выровнены и находятся на линии верхней углистой прослойки.

 

Таким образом, очаг выглядел как плоское углубление на поверхности земли. Сверху шла углистая тёмно-бурая, местами почти чёрная прослойка толщиной 6-7 см, во многих местах сходящая на нет. Культурные остатки содержались в этой прослойке, а иногда встречались и в суглинке, К ним относятся горшечные че-

(23/24)

Рис. 13. Тепсей X. План раскопа.

(Открыть Рис. 13 в новом окне)

 

репки, немного плохо сохранившихся костей животных, растрескавшиеся на огне камни, мелкие кусочки перегорелых костей, обломки плиток из песчаника и галек. По площади раскопа культурные остатки распределялись неравномерно. Несколько обломков костей животных, каменных плиток и галек, разбросанных поодиночке, находилось в северной части раскопа, где горизонт отсутствовавшей здесь верхней прослойки определялся лишь по очажным плитам и прослоечке чистого песка. В квадратах 12, 13в, 10, 11а и 11б, т.е. к юго-западу и северо-востоку от очага 2, культурные остатки образовывали скопления отдельных мелких черепков и их групп, из которых удалось склеить крупные части сосудов, небольших кусков обугленного дерева и растрескавшихся на огне камней (до 20 кусков на 1 м2).

 

В нижней прослойке культурных остатков оказалось значительно меньше, и они не образовывали скоплений. Очаг 1 (см. рис. 13), устроенный совершенно так, как очаг 2, сохранился несколько хуже. Размеры его немного больше (диаметр 120 см). Выровненные верхние края плиток очага расположены на уровне нижней углистой прослойки. Плитки размещены более полого или, возможно, они оползли (под углом 25-30° к горизонту). В заполнении очага и совсем рядом с ним, на 10 см ниже его верхнего края, найдены фрагменты двух сосудов (см. рис. 13). Заполнение очага состояло из нескольких тонких чередующихся слоёв чистого песка, глины с примесью песка и суглинка. Видимо, после того, как очагом перестали пользоваться, при первом же половодье находившиеся в нём угли и пепел были вымыты, и углубление очага в несколько приёмов заполнилось прослойками песка, глины и суглинка, которые отложились из менявшего свою скорость водного потока.

 

Культурные остатки представлены черепками горшков, обломками костей животных, мелкими осколками перегорелых костей, гальками и растрескавшимися на огне камнями. Кроме того, к юго-востоку от очага, в квадрате 16б, обнаружили обломок шлифованного топора (рис. 14, 2) и кремнёвый посредник, а в квадрате 12а — так называемый «утюжок» из мелкозернистого кристаллического сланца (рис. 14, 5). Интересен тонкий первый скол с крупной гальки, использованный как скребок (рис. 14, 3; отмечен его рабочий край). Других каменных орудий, изготовленных техникой расщепления камня, не найдено. Не выявлено и следов обработки камня (отщепов, пластинок, осколков и т.д.).

 

Кости животных сохранились очень плохо. Многие из них настолько разрушены, что не поддаются определению. В двух углистых прослойках оказалось лишь 27 определимых костей и их фрагментов, из них 22 экз. — это зубы или фрагменты челюстей. Кости принад-

(24/25)

лежали трём видам домашних животных: корове — 4 обломка (нижняя челюсть, коренной зуб и метаподия); лошади — зуб (резец); овце — 22 обломка (19 зубов от 6 особей, нижняя челюсть, позвонок, предплюсна).

 

Стоянка афанасьевской культуры располагалась на краю в то время молодой, ещё не сформировавшейся террасы, ежегодно заливаемой весенним половодьем. На этом её участке только начали отлагаться речные наносы — плотный суглинок. Возможно, что здесь афанасьевцы жили лишь два летних сезона, и как след их пребывания остались две углистые прослойки, очаги и кострища, немного битой посуды, кости животных и другие отбросы. Весь обнаруженный в данном месте материал — афанасьевского типа. Керамика со стоянки такая же, какую находили в афанасьевских могилах — остродонные яйцевидные горшки и шаровидные или реповидные сосуды с орнаментом в виде ёлочки и ряда косых оттисков гребёнки, покрывающих всю поверхность изделия. По изломам черепков отчётливо видно, что использовалась ленточная техника лепки сосудов. Особенно интересна находка каменного топора, «утюжка» и кремнёвого посредника, так как известно очень мало каменных орудий афанасьевской культуры.

 

Ценен, несмотря на плохую сохранность, остеологический материал. Число определённых костей невелико, о составе стада судить трудно, тем не менее совершенно ясно, что скотоводство в афанасьевское время играло, может быть, более значительную роль, чем это принято думать. Отсутствие костей диких животных в культурном слое стоянки объясняется тем, что на берегу реки, у самой воды, можно было жить только летом после полного спада вешних вод. Вероятно, здесь селились на сезон рыбной ловли. Охотничьи угодья находились далеко, поэтому в культурный слой кости диких животных не попадали, а кости рыб не сохранились.

 

Наиболее ценно открытие в культурном слое каменных очагов. Подобного типа очаг в Сибири был известен давно — в верхнем палеолите и неолите. Его можно назвать древнейшим типом примитивной печи. Аккумулятором тепла являлись зола, угли и, возможно, песок, заполнявшие чашевидное углубление. В таком очаге удобно (во всяком случае, во много раз удобнее, чем на открытом костре) запекать пищу или варить её в сосудах высокой формы (рис. 15, 1, 2). В чашевидном углублении в золе с песком долго сохраняются жар и тлеющие угли. В золу очага удобно ставить афанасьевские яйцевидные и неолитические круглодонные сосуды, по форме приближающиеся к яйцевидным. Возможно, такой конструкцией очага (чашевидной формы) и объясняется остро-

 

(25/26)

Рис. 14. Тепсей X. Каменные (1, 2, 4-6) орудия и костяные (3) изделия из нижнего слоя стоянки и из могил.

(Открыть Рис. 14 в новом окне)

Рис. 15. Схема использования афанасьевской посуды на очаге (1, 2) и распределения нагара на сосуде (3).

(Открыть Рис. 15 в новом окне)

 

донность древнейшей неолитической и энеолитической глиняной посуды. В Сибири начиная с верхнего палеолита очаги выкладывали камнями. В неолите Восточной Европы очаг был без камней, но тоже чашевидной формы. Например, на неолитической стоянке Курмойла I в Карелии очаги, как правило, имели диаметр 100 и глубину 30-50 см (Гурина, 1961, с. 238-241).

 

Другой вид очага на афанасьевской стоянке представлен открытыми кострищами разных размеров и форм. На значительных участках они сливались в одну углистую прослойку. В них также, по-видимому, создавали толстый слой золы, углей и песка, в который ставили (втыкали) яйцевидные остродонные горшки и готовили в них пищу. В брошенном после ухода обитателей стоянки очаге оставался слой прокалённого песка, смешанного с золой и несгоревшими угольками. Во время паводка угольки и зола вымывались водой из верхних слоёв кострища, а внизу сохранялись под остывшим песком. В результате в разрезе кострища выглядят в виде углисто-золистой линзы, покрытой слоем прокалённого песка толщиной 10-15 см.

 

Как и на горшках, обнаруженных в могилах афанасьевской культуры, на поверхности многих черепков из стоянки сохранился слой нагара или накипи. Накипь покрывает только верхнюю часть сосуда у его горла с внутренней стороны и больше всего с наружной стороны, примерно на треть его высоты (рис. 15, 3). Отсюда также следует, что при варке пищи горшок погружали примерно на две трети его высоты в горячие золу, угли и песок очага. Выплёскивавшаяся при кипении жидкость, содержащая органические вещества, прикипала к горячим стенкам горла и плечикам горшка. Если же она затекала ниже по стенкам горшка, то там на жару очага она сгорала без остатка.

 

Тепсей XIII.   ^

 

На краю надпойменной террасы, в 200 м к северу от афанасьевских могил в пункте

(26/27)

Т. VIII, в том месте, где с поверхности сдувается песок, М.Л. Подольский увидел круг, образованный краями стоявшего в земле сломанного большого сосуда. Здесь были произведены раскопки на площади 8×5 м, а рядом с горшком выкопан глубокий шурф, однако никаких следов или остатков, связанных с этим сосудом, выявить не удалось.

 

Сосуд оказался крупной афанасьевской корчагой (наибольший диаметр 40 см), врытой острым дном в землю. Сохранилась нижняя её часть. Сломалась корчага, вероятно, по месту соединения двух её половин. При изготовлении больших афанасьевских сосудов верхнюю и нижнюю их половины формовали отдельно ленточным способом, а затем слепляли вместе. Место соединения этих частей сосуда оказывалось наименее прочным. По-видимому, в землю был зарыт целый сосуд, но затем его верхняя часть обломалась, и несколько черепков, в том числе и от венчика, упало на дно сосуда. Поверх черепков в сосуде лежала продолговатая галька длиной 18 см. Назначение сосуда осталось неясным. В землю он был вкопан с отверстием на дне, пробитым изнутри.

 

Очевидно, у подножия горы Тепсей афанасьевцы жили длительное время, повсюду оставив следы своего пребывания. Об этом же свидетельствуют и находки отдельных предметов афанасьевской культуры в других местах надпойменной террасы.

 

Отдельные находки в разных пунктах.   ^

 

Находки отдельных предметов афанасьевской культуры встречались как при раскопках, так и случайно на поверхности террасы.

 

Тепсей I. Каменная колотушка афанасьевского типа найдена в отвалах раскопов в 1967 г.

 

Она сделана из продолговатой речной гальки, рукоять её оформлена «точечной» техникой, рабочий край сильно сбит.

 

Другая такая же колотушка обнаружена на скалистом склоне горы над пунктом Т. III в 40-50 м к юго-востоку от склепа 2. Отличается она от первой отсутствием на рукояти следов намеренной обработки. Использовалась удобная для держания в руке галька без какой-либо обработки. Рабочий край этой колотушки тоже сильно сбит.

 

Тепсей III. При разборке развала надмогильного сооружения могилы 28 был найден обломок (верхняя часть) каменной колотушки, сделанной «точечной» техникой из продолговатого речного валуна, — рукоять и «плечики» колотушки. На площади менее 20 м2 были исследованы 2 погребения кыргызского времени — с конём и младенца вместе с бараном, 2 могилы и 2 ямки с поминальными приношениями таштыкской культуры, могила подгорновского этапа.

 

Следовательно, здесь неоднократно копались могильные ямы, устраивались надмогильные сооружения.

 

Возможно, что найденная нами колотушка в своё время была в каком-нибудь погребальном комплексе, а затем неоднократно перебрасывалась и утратила связь с ним.

 

Но не исключено, что это выброшенный за ненадобностью предмет — ведь неподалёку от места находки располагалось поселение афанасьевской культуры Тепсей X и могильник Тепсей VIII.

 

 

 

наверх

главная страница / библиотека / оглавление книги / обновления библиотеки