главная страница / библиотека / обновления библиотеки

Я.А. Шер

Типологический метод в археологии и статистика.

// Доклады и сообщения археологов СССР. / VII Международный конгресс доисториков и протоисторикoв. Москва: 1966. С. 253-266.

 

Основы типологического метода археологии были сформулированы О. Монтелиусом и Г. Гильдебрандтом в конце XIX в. и впоследствии наиболее чётко изложены в известном труде О. Монтелиуса. В основу типологического метода археологии был положен объективный естественноисторический закон. Правда, понимание этого закона было значительно упрощено основоположниками типологического метода, которые рассматривали вещи в отрыве от общественного характера труда, порождающего их на свет. Несмотря на это, идея развития вещей была выдающимся вкладом эволюционистов в науку о древностях. Археология с уровня изучения отдельных находок смогла перейти на описательно-таксономический уровень, несомненно более высокий по отношению к предыдущему; перед археологами встал вопрос о необходимости изучения закономерностей развития материальной культуры.

 

В немногочисленных современных работах по теории типологического метода он рассматривается, как правило, применительно к хронологическим разысканиям, исходя из того же закона эволюции вещей, хотя в отдельных статьях и предпринимаются попытки показать принципиальную разницу между эволюцией в мире живой природы и закономерностями развития изделий человеческого труда.

 

Необходима критика типологического метода. Однако она должна быть позитивной и направлена на совершенствование метода. Задача данного сообщения состоит в том, чтобы с позиций современной археологии поставить вопрос только об одном из возможных путей совершенствования типологического метода, не претендуя не только на исчерпывающий ответ, но и на достаточную полноту в постановке данного вопроса.

 

Необходимыми и достаточными для целей типологии представляются следующие условия.

 

1. Детерминированность — обусловленность объективным историческим законом, исключение произвола в применении и обеспечение возможности обучения других данному методу.

(253/254)

2. Ясность — наличие системы взаимосвязанных логических понятий, приспособленных к более или менее адекватному отображению динамики развития материальной культуры.

 

3. Направленность и плодотворность — подчинение метода определённой цели и способность давать, кроме намеченных, побочные результаты.

 

4. Надёжная результативность — способность с большой вероятностью обеспечивать получение искомого результата.

 

Перечисленные условия неравнозначны. Наибольшее значение имеют два первых условия. На них целесообразно остановиться подробнее. Остальные требования, предъявляемые к типологическому методу, занимают подчинённое положение и во многом зависят от выполнения двух первых.

 

Детерминированность типологического метода означает его обусловленность определённым естественноисторическим законом, управляющим ходом развития материальной культуры.

 

Попытаемся подойти к основному закону развития вещей, двигаясь не от вещей, а от людей, изготовляющих эти вещи в процессе труда, т.е. в процессе активного общения с окружающей их природой.

 

В процессе труда люди ограничены целым рядом объективных обстоятельств и условий. В результате их сложного взаимодействия человек на любой ступени своего развития не свободен в выборе материала, формы, конструкции и технологии изготовления орудий труда, оружия, жилищ, одежды, утвари, украшений и т.п. предметов материальной культуры.

 

Механизм прогресса материальной культуры логически может быть представлен в виде постоянного диалектического взаимодействия двух «программ»: наследственной и приобретённой. Первая задаётся предшествующими поколениями в виде полученного от них в наследство производственного и духовно-психологического опыта, а также комплексом материальных условий жизни общества. Она накладывает ограничения, обусловленные накопленной предками трудовой и психологической информацией. Вторая программа приобретается данным поколением в ходе его общения с природой и окружающими человеческими коллективами.

 

Вещи развиваются по внутреннему закону. В этом был абсолютно прав О. Монтелиус и все эволюционисты. Но этот закон может быть только уподоблен закону развития живой природы. По существу же это закон постоянного совершенствования производства, универсальный закон, присущий обществу на любой ступени его развития.

 

В качестве теоретической основы типологического метода, очевидно, следует принять соотношение между развитием производства и развитием орудий труда, согласно которому последние в

(254/255)

той или иной мере являются показателем тех общественных отношений, при которых совершается труд. Данная закономерность на наш взгляд применима не только к средствам труда, но и ко всем вещам, изготовленным людьми. Поскольку всякое производство носит общественный характер, в любой вещи должны отразиться, с одной стороны, уровень развития производства и, с другой — степень развития самого общества. Иными словами, вещи являются «знаками» тех материальных и общественных условий, в которых они изготавливались и использовались древними людьми.

 

Строясь на такой теоретической основе, типологический метод может и должен стать не только инструментом для воспроизведения хронологии вещей, но прежде всего средством исследования изменений в быту и определяющих их изменений в производстве и общественных отношениях.

 

Развитие вещей детерминируется объективным естественно-историческим процессом постоянного развития производства. Однако детерминизм такого сложного общественного явления, как развитие материальной культуры, своеобразен и коренным образом отличается от механического, лапласовского детерминизма. Его своеобразие определяется статистическим характером закономерностей развития материальной культуры. В соответствии с этим и метод изучения вещей должен быть способным к отображению вероятностных закономерностей в истории культуры.

 

Предметы материальной культуры, как результат осмысленной трудовой деятельности, целесообразно рассматривать в виде части сложной динамической системы «человек — природа». Поэтому и закономерности изменения и развития вещей проявляются не в строго однозначной, а в вероятностной статистической форме.

 

История культуры является таким же объективным естественноисторическим процессом, как и любой другой. Тот факт, что при переходе от низших форм движения материи к более высоким (от физической к биологической и от неё к социальной) взаимодействие объектов и явлений несоизмеримо усложняется, что в явлениях жизни очень большую роль играет творческое мышление человека, не отменяет статистического характера закономерностей в истории культуры. Больше того — само познание законов мышления, психики становится более плодотворным, если оно исходит из признания этого постулата.

 

Статистический характер закономерностей в истории материальной культуры иллюстрируется целым рядом специальных исследований, подробное рассмотрение которых не представляется возможным в силу недостатка места. Общей для всех перечисленных работ особенностью является то, что, изучая массовый археологический материал не по отдельным образцам, а

(255/256)

в полном объёме, с учётом взаимодействия множества признаков, можно получить значительно более достоверные и уточнённые факты для их последующей исторической интерпретации. Отдельные статистические приёмы применяются археологами давно и успешно. Однако до недавнего времени это происходило от случая к случаю, в зависимости от желания и способностей автора. Сейчас имеется целый ряд разделов археологии, где без статистики обойтись трудно.

 

Уже на первом этапе археологического исследования — при описании материала — статистика позволяет избавиться от длинного словесного перечисления вещей, предоставляя взамен этого ёмкие и компактные способы представления информации в виде графиков, таблиц, гистограмм, кривых и т.п. Одновременно улучшаются условия обозрения очень больших коллекций, что почти неосуществимо при традиционном археологическом методе описания. Статистические методы описания археологического материала предполагают необходимость хотя бы предварительной группировки находок с последующей систематизацией. Поэтому уже в самой технике использования статистических методов заключена гарантия от несистематизированной публикации находок, что ещё нередко случается в нашей литературе.

 

Большое значение для археолога имеют вопросы классификации вещей, особенно таких, как керамика, наконечники стрел, украшения и другие массовые изделия, изменчивость которых воспринимается как постепенная и непрерывная. Здесь трудно уловить переходы от одного типа к другому, трудно различимы границы между типами, что, собственно, и стало основной причиной подхода к анализу подобного материала с позиций эволюционной теории. Статистические методы изучения однородных вещей с кажущейся постепенной изменчивостью позволяют путём выявления устойчивых сочетаний признаков и исключения случайных ограничивать типы более чётко, используя строгие количественные критерии сходства и различия между ними. Тем самым в известном приближении моделируется естественноисторический ход развития того или иного комплекса материала, что создаёт условия для изучения отражённых в нём культурно-исторических и социально-экономических явлений.

 

Несмотря на довольно хорошо разработанную типологию вещей, несмотря на растущий арсенал естественнонаучных методов датирования археологических объектов, достоверное определение хронологии (относительной и абсолютной) представляет пока значительные трудности. Между тем статистика даёт относительно простой и надёжный метод датирования объектов по процентному соотношению типов массовых изделий (керамики, украшений, наконечников стрел и т.п.), который по суще-

(256/257)

ству является модификацией типологического метода. В основе этого метода лежат два аксиоматических утверждения: 1) с течением времени процентное соотношение типов массовых изделий меняется в связи с изменениями в быту; 2) если памятник (группа близких памятников) существовал длительное время, то для каждого исторически обусловленного отрезка времени существует одно и только одно статистически устойчивое процентное соотношение типов массовых изделий (разумеется, в отдельности по керамике, или по украшениям, или по какому-либо иному виду изделий). Эти два постулата, может быть в несколько отличных словесных выражениях, давно приняты в археологии. На них базируются многие исследования.

 

Пока редко кто из археологов ставит вопрос об оценке достаточности собранного материала для достоверных выводов на его основе. В лучшем случае мы довольствуемся качественными оценками, основанными на субъективном мнении, зачастую не подозревая о существовании строгих количественных методов оценки достаточности изучаемой выборки при заданной величине относительной ошибки наблюдения, практически с вероятностью в 95-99 %.

 

Перечисленные выше несомненные достоинства статистического направления в археологии рассматриваются нами не только как дополнительные методические приемы, но и как средство отображения особенностей детерминизма культурно-исторических явлений, как метол изучения вероятностных закономерностей развития материальной культуры.

 

В связи с первичной «математизацией» отдельных сторон археологического исследования возникает потребность в более чётком изложении логических основ типологии. Здесь мы от требования детерминированности метода переходим к рассмотрению требования его ясности, которое подразумевает наличие системы логических понятий, способных обеспечить описание и анализ исходной информации.

 

Остановимся кратко на наиболее важных и общеупотребительных понятиях. Очевидно, центральным для типологического метода является понятие типа. О. Монтелиус писал о необходимости рассматривать нечто существенное (das Wesentliche) для выделения типа, о необходимости уверенно (mit Sicherheit) судить о том, что характерно для данного типа.

 

Попытка ввести чёткое определение типа принадлежит В.А. Городцову, который писал, что «тип есть собрание предметов, одинаковых по назначению, веществу и форме». Надо сказать, что это определение было в своё время плодотворным, так как способствовало формированию основных требований к археологической классификации. В советской археологии можно найти много примеров хорошей классификации материала,

(257/258)

исходившей из такого понимания типа. По В.А. Городцову, выделению типов предшествует выделение категорий, групп, отделов — таксономических понятий, характеризующих вещи по какому-либо одному из трёх главных признаков. Этими понятиями исчерпывается логический аппарат типологии по В.А. Городцову.

 

Если понятие типа после В.А. Городцова почти никем не рассматривалось, то понятие культура и по сей день является объектом пристального внимания археологов. Тем не менее, несмотря на ряд различных дефиниций, единого понятия археологической культуры пока нет. Видимо, мы не очень сгустим краски, если отметим, что современная типология не располагает достаточно ясной системой понятий; одни из них устарели, другие — допускают большой разнобой в понимании.

 

Переходя к изложению приемлемого, на наш взгляд, для типологии аппарата понятий, желательно сформулировать основные требования, которым эти понятия должны удовлетворять. Отвлекаясь от наиболее общих требований диалектик-материалистического метода, которые заложены в самой концепции естественноисторического процесса, рассмотрим требования частного характера, проистекающие из особенностей археологии, как самостоятельной науки, входящей в круг исторических наук.

 

Основная особенность археологического исследования определяется природой и характером исходной информации.

 

Вещественные (археологические) источники непосредственно не содержат в себе информации, изложенной языковыми средствами в обычном понимании термина «язык». Однако в более широком, например в математическом, смысле можно говорить о языке археологических источников. Как и все языки, он имеет свой «словарь», который нам задаётся непосредственно в виде вещей — предметов, объектов, памятников. Нам также известны «буквы» — признаки, элементы, определяющие ту или иную вещь. В отличие от словарей естественных языков, основной словарь археологических источников почти не требует «перевода», поскольку знак в нём непосредственно связан с означаемым. Следует оговориться, что речь идёт о словаре универсалий. Например, мы можем не различить боевой топор и бытовой топор, но топор вообще опознается совершенно уверенно. Иными словами, изучение основного словаря археологических источников не связано с особыми трудностями и вполне удовлетворительно обеспечивается различными полевыми и камеральными методами изучения и обработки древностей.

 

Как и все языки, язык археологических источников имеет свою «грамматику». Не пытаясь давать чёткого определения, под грамматикой материальной культуры мы будем понимать некоторый набор отношений между предметами, объектами, памят-

(258/259)

никами и культурами, которые порождаются естественноисторическим процессом развития общества и отражают его закономерности, хотя и не всегда (точнее — далеко не всегда) в явном виде. К числу таких неявных проявлений «грамматики» материальной культуры относится целый ряд интуитивно ясных каждому археологу закономерностей, механизм которых пока не поддаётся объяснению. Например, обнаружив культурный слой с расписной керамикой определённого вида, всякий археолог почти безошибочно отнесёт его к древней земледельческой культуре. Наряду с этим известно, что для культур, сложившихся на базе пастушеского скотоводства, характерны совсем иные способы нанесения орнамента — прорезной линейно-геометрический орнамент. В опосредствованном через ряд ясных и неясных нам связей виде эта закономерность несомненно существует.

 

Археологический материал представляет собой неразрывное единство «словаря» и «грамматики». Однако для исследовательских целей необходимо отделение первого от второго, расчленение «словаря» и «грамматики» на составные части и описание этих частей при помощи логических понятий. Исходя из этого, представляется необходимым располагать тремя категориями понятий: 1) исходные, 2) описательные (дескриптивные) и 3) аналитические. Относительно последних точнее было бы сказать «аналитико-синтетические», поскольку ими должны описываться не только подразделения материала на составные элементы, но и их группировки в определенные совокупности. Введя такую оговорку, можно для краткости пользоваться одним словом «аналитические».

 

В качестве исходных понятий, которым не следует давать определения, можно принять такие, как вещи, свойства и отношения. Эти понятия принимаются как простейшие и поэтому не определяются через более элементарные, а описываются, поясняются на примерах. Для археолога понятия вещи, свойства и отношения должны быть интуитивно ясными, а отсутствие дефиниций не должно удивлять.

 

Под вещами мы будем понимать весь круг объектов археологии, т.е. все те предметы, изделия, объекты, сооружения, памятники искусства, изучаемые археологией в остатках или в целом виде, если вещь сохранилась полностью. В этом смысле вещью будет и маленькая бусина, и целое городище.

 

Свойствами вещей следует считать их определённые качества, особенности. Свойствами будут форма вещи, материал, из которого она изготовлена, следы тех или иных технологических приемов, использованных при её изготовлении, всякого рода количественные параметры: вес, объём, площадь, линейные и угловые размеры и т.п. Иными словами, свойствами вещей следует считать те особенности, которые присущи самим ве-

(259/260)

щам и определяются из изучения самой вещи вне связи её с сопутствующими предметами или с условиями находки.

 

Отношениями следует считать определённые реальные (не обязательно материальные) связи между вещами или свойствами или тем и другим вместе. Например, можно говорить об отношении сходства между двумя или более вещами по данным свойствам, или об отношении различия между ними. Строя хронологию какого-то ряда вещей или объектов, мы тем самым устанавливаем отношение последовательности между ними. Можно также говорить о классе отношений вещей к внешнему миру (особенности археологических объектов, связанные с ландшафтом).

 

На основе трёх исходных понятий можно попытаться построить систему дескриптивных и аналитических понятий типологии.

 

Важнейшим дескриптивным понятием представляется признак.

 

Одним из условий, которым должно удовлетворять понятие признака, должна быть его элементарность. Признаком следует считать элементарное, нерасчленимое в рамках типологического анализа свойство предмета. Это условие необходимо для обеспечения другого, не менее важного условия — дискретности. Большинство признаков, учитываемых археологами, имеет непрерывный характер. Например, такие свойства, как цвет керамики, качество обжига, степень совершенства выделки, качество теста, варианты формы венчиков и т.п., очень трудно описать дискретно. Однако это необходимо для последующей формализации и математической обработки средствами дискретного анализа, для уменьшения субъективизма в выделении признаков и, наконец, для успешного использования электронных вычислительных машин (ЭВМ), которые, как правило, являются машинами дискретного действия.

 

Далее необходимо подчеркнуть объективность способа определения признаков. С метрическими признаками дело обстоит просто: они измеряются соответствующими приборами. Хуже обстоит дело с технологическими признаками, однако и здесь археологи получают возможность пользоваться объективными методами. Ещё хуже, когда в работу включаются декоративные и иные признаки, типа упоминавшихся непрерывных. Но не следует считать эту картину безотрадной. Если сам процесс выделения таких признаков нельзя полностью объективизировать, то следует в каждом случае создавать какую-то шкалу, необходимую для данного исследования. Тогда любая часть исследования может быть проверена.

 

Резюмируя сказанное, можно прийти к следующему заключению. Признаки предмета, объекта, памятника должны быть элементарными, т.е. нерасчленимыми в рамках принятой типологической схемы. Признаки должны быть дискретными как для

(260/261)

мерных, так и для неизмеряемых свойств. Признаки должны по возможности устанавливаться объективно, так, чтобы в дальнейшем их значение могло только уточняться, но не меняться существенным образом.

 

На основе понятия признака можно определить остальные дескриптивные понятия, такие, как предмет, объект, памятник. Последовательность и способ их определения должны быть иерархичными. Предмет описывается системой признаков, объект — системой предметов, памятник — системой объектов. Отличительной особенностью описательных понятий является то, что каждое из них относится к данной вещи и описывает только её. Строго говоря, описательное понятие есть конечное множество [сноска: Понятие «множество» здесь и далее употребляется не в обиходном смысле («много»), а в математическом («совокупность»).] признаков (предметов, объектов, памятников), заданное перечислением:

 

А = {а, b, с ... х},

 

где А — данное понятие, а, b, с, ... х — признаки или предметы, или объекты, в зависимости от определённого понятия.

 

Аналитические понятия отличаются от описательных тем, что определяют не сами вещи, а их отношения между собой. Причём если описательное понятие исходит из данной вещи, то аналитическое понятие может создаваться только на основе некоторого множества вещей, связанных между собой некоторой совокупностью отношений.

 

Универсальным аналитическим понятием, видимо, следует считать понятие структуры. Пользуясь уже введённым понятием отношения, структуру можно определить как реально существовавшую и реконструируемую археологом некоторую сеть отношений между признаками, предметами, объектами, памятниками.

 

Возьмём сосуд, опишем при помощи дискретных признаков его форму, технику изготовления, состав теста, размеры, пропорции и т.д., укажем, в каком отношении эти признаки находятся друг к другу. Тем самым мы представим этот сосуд в виде простой структурной схемы признаков, связанных между собой.

 

Строго говоря, структура есть пара множеств: множество элементов и множество связей, упорядочивающих эти элементы относительно друг друга.

 

Перейдём к понятию системы. О системе целесообразно говорить тогда, когда в «поведении» группы каких-то элементов (признаков, предметов, объектов) прослеживается динамика. Говорить, например, об одном сосуде как о системе признаков нецелесообразно, но если изучается ряд керамических комплексов или ряд погребальных сооружений, в которых можно

(261/262)

проследить изменчивость признаков, то здесь уже имеется динамическая система. Иными словами, система есть структурная модель поведения той или иной группы вещей во времени и пространстве.

 

Тип. Следуя мнению О. Монтелиуса о типе как о чём-то существенном, закономерном, представляется естественным статистический способ выделения типов как динамических систем, между которыми происходит постоянный обмен свойствами и которые изменяются во времени и пространстве.

 

Уже О. Монтелиус, а вслед за ним и В.А. Городцов отмечали, что для выделения типов необходимо изучение больших совокупностей материала, т.е. тип — это прежде всего множество. Но это не механическое «собрание предметов», одинаковых по тем или иным признакам, как понимал его В.А. Городцов. Понятие типа является абстракцией для обозначения некоторой реально существовавшей системы объектов, определяемой статистически устойчивым сочетанием существенных признаков. Рассмотрим понятия «устойчивость» и «существенный». Всякий тип предметов, объектов, памятников может обладать как признаками, присущими только ему, так и признаками, свойственными другим типам. Кроме того, набор признаков может изменяться во времени: для одного периода он может быть определяющим, для других — либо только появляющимся, либо отмирающим. Наконец, один и тот же признак может давать случайные отклонения от своего среднего значения. Устойчивым сочетанием признаков следует считать такое сочетание, которое согласуется со статистическими критериями значимости. Те же признаки, которые по принятым в статистике критериям нельзя считать значимыми, не могут быть основой для выделения типа.

 

Что считать существенными признаками? Очевидно, здесь невозможны строгие рецепты, и существенность определяется на основе дополнительной исторической информации или даже на основе интуиции исследователя. Важно только, чтобы в каждом случае был оговорен относительный «вес» признака и мера «веса» была бы обоснована историко-культурными данными.

 

Формальное описание некоторой системы археологических объектов, обладающих общими признаками, может быть представлено следующим образом.

 

Задано множество объектов О = {а, b, с, d} и множество признаков П = {Е1, Е2, Е3, Е4} Каждый объект обладает некоторыми признаками из множества П. Строим таблицу. Знак + ставится тогда, когда объект обладает данным признаком, в противном случае ставится знак 0. Здесь табл. 1 приведена в окончательном виде. Ей предшествует некоторая работа по перестановке объектов с общими признаками внутри таблицы. Очевидно, в

(262/263)

данной ситуации устойчивым сочетанием признаков следует считать две оконтуренные жирной линией [здесь выделены разной заливкой] области, соответствующие двум типам объектов.

 

Таблица 1.

Объекты \ Признаки

E1

Е2

Е3

Е4

а

+

+

+

0

b

+

+

+

0

c

0

0

+

+

d

0

0

+

+

 

Оговорив заранее основания, припишем каждому признаку вес так, чтобы сумма весов для всех признаков данного объекта была равна единице. Тогда таблица примет вид, указанный на табл. 2.

 

Таблица 2

Объекты \ Признаки

E1

Е2

Е3

Е4

а

0,4

0,1

0,5

0

b

0,1

0,8

0,1

0

с

0

0

0,9

0,1

d

0

0

0,7

0,3

 

Очевидно, что в определении существенных признаков следует предпочесть признаки Е2, E3 перед признаками Е1, Е4.

 

Табличный способ формализации и математической обработки часто используется археологами. Он удобен в работе с метрическими признаками. Однако археологу нередко приходится обращаться к топологическим свойствам объектов. Таковыми

(263/264)

являются связи, понятие, очень широко используемое в археологии и вполне поддающееся формализации средствами теории графов. Если считать каждый общий для двух или более объектов признак одной связью, то приводившаяся таблица может быть представлена следующим графом:

 

Здесь а, b, с, d — объекты, линии обозначают связи по общим признакам, цифры над линиями обозначают количество общих признаков для каждой пары связанных объектов и могут иногда служить выражением веса связей, их значимости.

 

В итоге, о понятии «тип» можно отметить, что типом не может быть некоторое механическое «собрание вещей». В таком виде понятие типа устарело, хотя в своё время и было плодотворным. Тип следует рассматривать как сложную систему объектов, связанных между собой статистически устойчивыми признаками.

 

Видимо, в таком же плане может быть поставлен вопрос о содержании и характере понятия «культура». У понятий «тип» и «культура» много общего. И то и другое нужно для описания некоторой исторически сложившейся и реально существовавшей во времени и пространстве совокупности материальных объектов, ставших для нас археологическими памятниками; и то и другое выявляется на основе устойчивого сочетания существенных признаков; и то и другое логически сводимо к понятию системы. Культуру, видимо, следует понимать как иерархически более сложное понятие, как систему типов памятников, объектов и предметов. В методах выделения культур статистический подход ещё более необходим, чем при опознании типов. Культура в ряде случаев имеет значительно больше неопределённости, чем тип. Часто употребляемые нами понятия влияние, взаимодействие, ассимиляция культур отражают по существу коммуникативные процессы в общении человеческих коллективов. Эти процессы, взаимно обогащая культуры, в то же время в значительной степени способствуют их взаимной диффузии, что соответственно затрудняет методику выделения культур и их локальных вариантов и вносит большую долю субъективизма в исследование. Коммуникативные процессы, как известно, тоже являются статистическими по своей форме, и для их описания имеется специальный математический аппарат

(264/265)

теории информации, применение которого в археологии вполне возможно.

 

Итак, понятия «тип», «культура», «взаимодействие», «ассимиляция», «заимствование», «сходство», «различие» можно считать основными аналитическими понятиями типологии, хотя наверняка этот список может быть продолжен. Основная их задача состоит в учёте динамики развития материальной культуры, а основные методы представления должны быть статистическими.

 

*          *          *

 

Мы рассмотрели два основных условия, которым должен на наш взгляд удовлетворять типологический метод: детерминированность и ясность. Остальные требования, как это отмечалось выше, занимают подчинённое положение по отношению к двум первым.

 

Направленность и плодотворность. Первая может быть значительно расширена, если исходить из теоретической основы, рассмотренной выше. До сих пор типологический метод был только средством хронологических штудий, однако он вполне может стать методом отображения социально-экономических явлений, запечатлевшихся в особенностях изучаемого археологического материала. Вторая должна тщательно изучаться. Так, например, совершенно неожиданным для большинства археологов результатом совершенствования типологического метода явились успешные опыты по использованию кибернетических способов обработки исходной информации в археологическом исследовании.

 

Надёжная результативность типологического метода может быть изучена при условии обязательного выполнения в каждой работе, использующей статистические методы исследования, полного цикла: от первичной группировки материала до проверки гипотез по статистическим критериям. К сожалению, многие современные статистико-археологические работы ограничиваются визуальной оценкой различий в распределениях материала без использования предназначенных для этого критериев. Значение этого вопроса не может быть переоценено до тех пор, пока он не станет обязательным правилом для всякой археологической работы, использующей статистику.

 

Широко распространённое мнение о том, что теоретическая работа археолога начинается только после сбора и анализа материала, когда воссоздаётся историческая картина жизни общества, оставившего изучаемые памятники, вряд ли следует считать правильным. Уже в конце прошлого века некоторые археологи понимали необходимость «отделиться от исторических исследований, чтобы в виде самостоятельной науки принести им ещё большую пользу».

(265/266)

 

Между первичным наблюдением археологических памятников и реализацией исторической картины, в которой эти объекты «жили» — создавались и использовались людьми, — лежит наиболее ответственный этап источниковедческого анализа, теорией которого является типология вещей. Цель источниковедческого анализа состоит главным образом в построении логической модели системы материальной культуры данного коллектива и в проверке достоверности данной модели. Только после этого она может стать основой для последующей исторической интерпретации.

 

Археологи-эволюционисты хорошо понимали эту задачу. Заложенные ими основы теории типологического изучения вещей были для своего времени исключительно плодотворными. Однако, ограниченные рамками эволюционной концепции, они видели свою цель только в изучении хронологии вещей, не ставя вопроса об отображении в вещах социально-экономических отношений между их создателями. Достижения современной науки об обществе позволяют ставить вопрос о существенном расширении рамок типологического метода и о необходимом для этого уточнении его теории.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

наверх

главная страница / библиотека / обновления библиотеки