главная страница / библиотека / обновления библиотеки / оглавление книги

Даниель Шлюмберже. Эллинизированный Восток. Греческое искусство и его наследники в несредиземноморской Азии. М.: «Искусство». 1985 Даниель Шлюмберже

Эллинизированный Восток.

Греческое искусство и его наследники
в несредиземноморской Азии.

// М.: «Искусство». 1985. 208 с.

 

Заключение.

 

Три периода эллинизированного Востока (182). Греко-македонское завоевание... (182) ...и его последствия для истории искусства (182). Мнение Э. Херцфельда (182). Новые открытия (183). Восток до греко-македонского завоевания (183). Приход греков (183). Роль греков в изменении изобразительного искусства... (183) и архитектурного декора (184). Изменение архитектуры (184). Последующее развитие... (185) ...на Востоке... (185) ...и в Средиземноморье (185). Искусство эллинизированного Востока в общей истории искусств (186).

 

Три периода эллинизированного Востока.

 

На обширной континентальной территории, завоёванной для эллинизма Александром, в первый период, период политического превосходства македонян и греков, господствовало импортированное греческое искусство — его мы как раз начинаем открывать, — с самого начала заимствовавшее некоторые элементы у ахеменидского искусства; параллельно продолжали существовать традиционные восточные искусства.

 

С окончанием греческого господства начинается второй период, искусство которого известно не лучше, — период придворного греко-иранского искусства, представленного на западе значительным комплексом памятников, определённо датированных I в. до н.э. (памятников Коммагены), а на востоке — серией разбросанных и плохо датированных памятников.

 

И, наконец, третий период — это период, когда греко-иранское искусство приводит к рождению в Месопотамии примерно на рубеже нашей эры парфянского искусства, теперь хорошо известного, характеризующегося в архитектуре главным образом смелым и широким распространением (впервые на Востоке) свода, а в области изобразительного искусства — почти абсолютным правилом фронтального изображения человеческой фигуры.

 

Этот период заканчивается внезапным и резким переломом, который был вызван воцарением Сасанидов.

 

Какова же в конечном счете наша оценка исторической роли греков в континентальной Азии?

 

Греко-македонское завоевание...

 

В первый период греки, подобно европейцам эпохи Великих открытий, на которых они были так похожи, выступали в роли завоевателей, колонистов. Главной своей целью они считали политическое господство, и когда оно рухнуло, то им представилось, что рухнуло всё и ничего не останется ни от цивилизованного мира, ограничивавшегося в их представлении римским Средиземноморьем, ни от философии мыслителей позднеэллинистической эпохи, которым мы столь многим обязаны, хотя и не всегда осознаём это.

 

... и его последствия для истории искусства.

 

Учёным нашего времени предстояло определить, что главным результатом похода Александра в континентальную Азию (от Евфрата до Окса и Инда) явилось не образование там эфемерных греческих государств, а насаждение греческой культуры, имевшее глубокие исторические последствия.

 

Мы старались в этой книге, основываясь на обобщении результатов прежних и совсем недавних археологических открытий, показать, каким образом эти последствия проявились в области искусства.

 

Мнение Э. Херцфельда.

 

Общий обзор материала уже был сделан Э. Херцфельдом, и мы приводили его суждение, справедливое, на наш взгляд, о переломе, происшедшем в искусстве в результате греко-македонского завоевания: глубокое значение этого перелома переоценить невозможно. Но в то же время мы отметили, что не можем согласиться с оценкой Э. Херцфельдом последствий этого перелома.

(182/183)

Для него греческое искусство, пересаженное в глубь континентальной Азии, как бы остановилось в своём развитии, что якобы показывают некоторые архаизирующие черты орнамента, сохранившиеся вплоть до сасанидского искусства. Эти черты он рассматривал как отражение утраченного для нас искусства бактрийских греков; заимствования восточных мастеров у греческого искусства, по его мнению, показывают, что они ничего не поняли из уроков этого искусства и были способны лишь на слепое подражание греческому декору, что привело в конце концов к глубокой деградации искусства. Одним словом, воздействие эллинизма якобы было в основном негативным и разрушающим.

 

Новые открытия.

 

Но Э. Херцфельд располагал гораздо менее полными сведениями, чем мы, и его строгое суждение, каким бы справедливым оно ни казалось в отношении отдельных иранских памятников, провинциальных и более поздних, сегодня нам кажется крайне однобоким. Познакомившись с памятниками Коммагены, на которые Э. Херцфельд почти не обращал внимания, с открытиями «архаического» искусства Пальмиры, с находками в Дура-Европосе, Хатре, Шами, с открытиями, сделанными недавно в Советском Туркестане и в Афганистане, получив благодаря исследованиям М. Ростовцева и А. Сейрига представление относительно области распространения парфянского искусства, простирающейся от Пальмирены до Сузианы, и, наконец, помня, что целая категория греко-буддийских скульптур парфянского стиля свидетельствует о том, что в странах между Оксом и Индом происходила эволюция, аналогичная эволюции в собственно парфянской области, мы попытались нарисовать совершенно иную картину, которая выявляет смелый новаторский характер искусства эллинизированного Востока и учитывает своеобразие и высокие эстетические качества его произведений, по крайней мере некоторых из них.

 

Восток до греко-македонского завоевания.

 

Что же можно констатировать в итоге? В ахеменидскую эпоху Восток являлся миром древних искусств, существовавших бок о бок и почти не эволюционировавших. Безусловно, в Сирии, в Финикии в течение I тысячелетия до н.э. сформировалось некое «общее восточное искусство». Безусловно, Ахемениды, по-своему отбирая и соединяя заимствования у этих различных искусств, создали искусство, оригинальное уже своим эклектизмом. Не менее верно и то, что в эпоху Ахеменидов в восточных искусствах наблюдалось национальное разделение и стабильность, если не полный застой.

 

Приход греков.

 

Неожиданно явились греки, и после их прихода всё изменилось. Опуская эпоху глубоких политических потрясений, вызванных этим событием, от которой памятников не сохранилось, мы оказываемся перед миром искусства, претерпевшим серьёзные изменения. Каким образом произошли эти изменения и какую роль в них следует отвести собственно греческому искусству?

 

Роль греков в изменении изобразительного искусства...

 

В области изобразительного искусства роль греков нам ясна. Издавна установ-

(183/184)

ленные условные приёмы, с помощью которых обычно передавались мускулатура, причёски, драпировки — короче, все детали фигуры человека, были вытеснены греческими «натуралистическими» формами; попыткой передать объём, глубину, пространство; отказом от некогда строгого различия между «репрезентативным искусством» (стремившимся выразить с помощью фронтально-изображённой фигуры «сущность» божественную или человеческую, угрожающую или умиротворяющую) и повествовательным искусством, ограничивающимся описанием прошлых событий и изображавшим фигуры почти исключительно в профиль; введением в повествовательное искусство всей «иллюзионистической» гаммы промежуточных между профилем и фасадом положений.

 

Эти изменения весьма неожиданно привели к возникновению парфянского искусства и к почти исключительному использованию им фронтальных фигур, даже в чисто повествовательных композициях, — использованию, имевшему греческое происхождение, сколь бы мало греческим оно ни казалось.

 

... и архитектурного декора.

 

В области архитектурного декора положение также вполне ясно. У греческой архитектуры заимствовался новый материал — гипс или штук, что постепенно должно было привести к рождению нового, подлинно восточного искусства лепного орнамента, сплошь покрывающего стену. Из репертуара греческих форм бралось всё подряд: с этого времени вплоть до эпохи Сасанидов здания предстают перед нами украшенные сплошным эллинизированным орнаментом.

 

Изменение архитектуры.

 

Труднее представить, каким образом в Месопотамии произошла революция самой архитектуры. Мы не знаем, у каких строителей впервые возникла мысль, перекрыть айваны большими сводами и когда они почувствовали, что способны это осуществить. Разумеется, не обязательно считать, что это были греки, поскольку арка и коробовый свод были известны на Востоке ещё до возникновения греческой цивилизации.

 

Но можно ли поверить, что, в то время как восточные архитекторы в течение трёх тысячелетий применяли одни и те же приёмы перекрытий, отводя своду лишь незначительное место, радикальное изменение этих приёмов, происшедшее как раз в тот момент, когда Восток только что начал эллинизироваться, было лишь простой случайностью?

 

Наряду с консервативностью среды храмов и деревень Вавилонии и Ирана, где, как мы знаем, продолжали строить, следуя местным обычаям и обычаям греческих городов, подражавших Греции, следует учитывать также и существование эллинизированной придворной среды и среды коренного городского населения — среды открытой, где контакты с греками постепенно приводили к столкновению с прародительским образом мысли, с традиционными практическими рецептами. Именно здесь нам и следует в основном искать истоки изменений.

 

Короче, мы вовсе не склонны соглашаться с мнением Э. Херцфельда, что греческий пример оказал на искусства Востока лишь негативное воздействие. Напротив, обновление этих искусств мы приписываем именно присутствию греков, толчку, сообщённому умам их

(184/185)

философской и научной мыслью, влиянию их свободомыслия.

 

Последующее развитие...

 

Сегодня нам кажется ясным, что искусства внутренних областей эллинизированной Азии явились отправной точкой значительного исторического развития.

 

... на Востоке ...

 

Не остаётся никаких сомнений в том, что на Востоке иранское придворное искусство, в частности династийное искусство Кушан, произошло не от искусства бактрийских греков. Династийное искусство Кушан привело, как мы думаем, к зарождению так называемого искусства Гандхары, являющегося лишь его новой версией, приспособленной к буддизму, и испытавшего лишь незначительное влияние римского Средиземноморья. И мы знаем, каким образом это греко-буддийское искусство впоследствии расширило область своего влияния на всю Центральную Азию, включая и Китайский Туркестан, и распространило своё воздействие вплоть до Китая и Японии. Добавим, что роль этого искусства в образовании большого классического индийского искусства Гуптов нам кажется, по крайней мере в области скульптуры, гораздо более значительной, чем это обычно принято думать.

 

... и в Средиземноморье.

 

Что касается Запада, то в настоящее время очень спорным является вопрос о том, каким было воздействие искусства греко-иранского Востока на римское искусство периода поздней античности, и, в частности, обязана ли всё более заметная тенденция этого искусства уступить место в повествовательных композициях «репрезентативности» фронтальных фигур по примеру парфянского предшественника, или же она является лишь результатом эволюции общества и государства к авторитарности и всё возрастающей склонности умов к мистике. Но, каким бы ни было решение этого вопроса, которое принадлежит будущему, нельзя не согласиться с тем, что искусства Средиземноморья и Запада в конце античного периода и в период раннего средневековья были отмечены сильными восточными влияниями. Следует, однако, заметить, что эти ориентализирующие аспекты ни в коем случае не следует относить за счёт непосредственного влияния пребывавших в забвении древневосточных искусств, которые предстояло открыть вновь лишь в XIX и XX вв. Их источник следует искать в искусствах эллинизированного Востока и в сасанидском искусстве.

 

Сасанидское искусство, как мы уже говорили, являлось «Ренессансом», то есть искусством, отмеченным неожиданным и глубоким изменением вкусов. Однако ни в одном искусстве уроки прошлого не могут быть полностью забыты. Сасанидское искусство в области архитектуры не отбросило ничего из технических завоеваний эллинистического периода, и даже в области изобразительного искусства в нём на каждом шагу обнаруживается знакомство с греческим искусством. Подобно тому как готическое наследие заложило основы искусства Ренессанса, так и греческое наследие, через парфянское искусство, легло в основу сасанидского искусства: именно эллинизированному Востоку это последнее обязано своей фигурой «государя во славе», которую ожидала столь блестящая судьба; эта типично

(185/186)

восточная, на наш взгляд, фигура на Древнем Востоке была, однако, неизвестна.

 

Искусство эллинизированного Востока в общей истории искусств.

 

Искусства эллинизированного Востока — это искусства Востока, обновлённого Грецией, но рассматривать их следует как восточные. Если мы хотим отвести айванам Хатры, карнизам, украшенным орлом из Пальмиры, статуе Бела из Хатры, статуе из Шами и стенным росписям Дура соответствующее место в общей истории искусств, забудем о нормах Парфенона и шедевров Фидия и Лисиппа. Обращаясь к прошлому, историк будет судить об искусствах эллинизированного Востока, о их новых чертах и художественных достоинствах, сравнивая их с искусствами Древнего Востока, на почве которых они и возникли. Значение же этих искусств для дальнейшего развития будет определяться путём их сопоставления с искусствами Византии, ислама и романского Запада.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

наверх

главная страница / библиотека / обновления библиотеки / оглавление книги