главная страница / библиотека / обновления библиотеки

Зарубежная тюркология. Вып. I. Древние тюркские языки и литературы. М.: ГРВЛ. 1986. [ сборник ]

Зарубежная тюркология.

Вып. I. Древние тюркские языки и литературы.

// М.: ГРВЛ. 1986. 384 с.

Ответственный редактор акад. А.Н. Кононов.

Составитель С.Г. Кляшторный.

Содержание

 

Предисловие [ С.Г. Кляшторный, Д.М. Насилов ]. — 3

 

И. Бенцинг. Языки гуннов, дунайских и волжских болгар (Пер. с нем. В.Г. Гузева). — 11

Э.Дж. Пуллиблэнк. Язык сюнну (Пер. с англ. К.Б. Кепинг). — 29

Г. Дёрфер. О языке гуннов (Пер. с нем. В.Г. Гузева). — 71

Дж. Клосон. Происхождение тюркского «рунического» письма (Пер. с англ. Д.Д. и Е.А. Васильевых). — 135

А. ф.Габен. Культура письма и печатания у древних тюрков (Пер. Д.Д. и Е.А. Васильевых). — 159

А. Бомбачи. Тюркские литературы. Введение в историю и стиль (Сокращённый пер. с англ. Л.В. Горяевой). — 191

А. ф.Габен. Древнетюркская литература (Пер. с нем. Д.Д. и Е.А. Васильевых). — 294

Л. Базен. Человек и понятие истории у тюрков Центральной Азии в VIII в. (Пер. с фр. Д.Д. и Е.А. Васильевых). — 345

Л. Базен. Концепция возраста у древних тюркских народов (Пер. с фр. Д.Д. и Е.А. Васильевых). — 361

 

Сокращения названий языков. — 379

Библиографические сокращения и сокращения источников. — 380

Библиографическая справка. — 383

 


(/3)

 

Предисловие.   ^

 

Первые сведения о тюркских народах зарегистрированы в Европе на заре средневековья вместе с появлением у границ Восточной Римской империи кочевых племён, пришедших из неведомых дотоле степей Центральной Азии. Из отчётов византийских дипломатов и трудов историков, писавших на греческом языке и латыни, мы до сих пор черпаем немало ценнейших сведений о быте, культуре и истории древнетюркских народов. Не раз подвергались лингвистическому анализу и те немногие языковые реликты, которые донесли до нас — часто в искажённом виде — древние авторы. Однако научное описание языка и культуры тюркских народов начало складываться в Европе значительно позднее, после первых столкновений с Османской империей. В течение нескольких столетий тюркологические интересы европейских эрудитов ограничивались лишь освещением жизни и истории Османского государства, а также описанием турецко-османского языка. [1]

 

Лишь в XIX в. европейская тюркология, прежде всего языкознание, опираясь на достижения сравнительно-исторических исследований в области индоевропеистики, значительно расширила репертуар изучаемых сюжетов. В её поле зрения впервые попали как объект исследования языки, культура и история тюркских народов Восточной Европы, Сибири и Центральной Азии. Немалую роль в предыстории этого качественного скачка сыграл труд пленного шведского офицера, жившего в Сибири в 1709-1722 гг. Ф. Табберта (Страленберга), «Северная и Восточная часть Европы и Азии», [2] где приводи-

(3/4)

лись отдельные не систематизированные сведения о культуре и языках тюркских и других народов Сибири, а также первые сообщения о рунических памятниках на Енисее. Более всего европейская тюркология XIX — начала XX в. обязана трудам учёных, работавших в России, — А. Казем-бека, О.Н. Бётлингка, М.А. Кастрена, Н.И. Ильминского, Н.Ф. Катанова и главным образом В.В. Радлова и его учеников. [3]

 

В Западной Европе интерес к неосманистической тематике был заложен также трудами Ю. Кляпрота, В. Шотта, А. Вамбери, но особенно ярко он проявился после открытий древнетюркских рунических и уйгурских памятников в Монголии и Восточном Туркестане (конец XIX — начало XX в.). Немалый вклад в комплексное изучение этих памятников в текстологическом, языковом и историографическом отношении внесли наряду с В.В. Радловым, В.В. Бартольдом, П.М. Мелиоранским — в России, В. Томсен — в Дании, А. Лекок, И. Маркварт, Ф.В.К. Мюллер, В. Банг — в Германии, Эд. Шаванн, П. Пельо — во Франции, О. Стейн — в Англии, О. Доннер — в Финляндии. [4] Хотя исследование мусульманских памятников на тюркских языках также имело свою традицию в трудах западноевропейских учёных, всё же именно древнетюркская тематика в течение ряда десятилетий оставалась в центре научных интересов виднейших западных тюркологов, лишь изредка конкурируя с продолжающимися османистическими штудиями. Этому несомненно способствовало то обстоятельство, что там в центрах тюркологии были созданы большие коллекции памятников из Восточного Туркестана, которые требовали обработки (Берлин, Лондон, Париж). Петербург — Петроград — Ленинград оставался в продолжение многих лет тюркологической столицей Европы, но в то же время невозможно преуменьшить вклад в древнетюркскую филологию, сделанный немецкими, французскими и английскими учёными, которые издавали и переводили древнетюркские тексты, исследовали письменные памятники. Известное снижение интереса к центральноазиатской тематике, наблюдавшееся в 30-40-е годы, сменилось новым подъёмом, начавшимся с 50-х годов и продолжающимся поныне.

(4/5)

 

Накопленные в течение предшествующего столетия значительные фактические материалы по живым тюркским языкам, а также публикация столь важных и существенных памятников языка и культуры тюркских народов, как древнетюркские орхоно-енисейские рунические памятники и многочисленные древнеуйгурские тексты, «Словарь» Махмуда Кашгарского, «Кутадгу билиг», половецкие памятники, обширные памятники на среднеазиатском тюрки́ разных ареалов, углублённые исследования по топонимике и ономастике, этимологии и широкое применение сравнительно-исторического метода — всё это побудило тюркологов к ряду теоретических обобщений как в рамках алтайской теории, так и вне её, на почве собственно тюркологии. В целом, этим был вызван и глубокий интерес к истории тюркских языков и народов, особенно к ранним этапам этнических и языковых процессов. В круг научных занятий вовлекаются проблемы «гуннского» языка и истории гуннов, соотношения между современными тюркскими народами Поволжья и Кавказа и праболгарскими племенами, вклада древнетюркских языков в славянские языки и в венгерский язык на ранних этапах их развития. Обозначился также новый подъём в изучении древнетюркских рунических и уйгурских памятников, в частности, шире и глубже стали освещаться вопросы истории древнетюркской письменности и её адаптации, проблемы этнических и культурных связей между тюркскими народами, а также между тюрками и их соседями — другими народами Евразийского континента. Роль и место тюркских литератур стали обсуждаться на фоне более широкого литературного процесса. Особый интерес у западных тюркологов вызывает весьма специфический центральноазиатский комплекс — языковый, литературный, религиозный и общекультурный синкретизм, характерный для Центральной Азии в I — начале II-го тысячелетия н.э.

 

Именно эти проблемы, столь важные для современной тюркологии и её теоретических основ, привлекли внимание составителей первого сборника «Зарубежная тюркология». Широкие исследования, осуществляемые в рамках указанной выше тематики в нашей стране, [5] глубокая заинтересованность, проявляемая к ним в многочисленных тюркологических центрах СССР, побудили к выбору для публикации тех работ, которые в наибольшей степени отражают уровень соответствующих исследований западными учёными, но не всегда в достаточной степени доступны широким кругам советских тюркологов.

(5/6)

 

Настоящий сборник посвящён в основном древним тюркским языкам, письменностям и материалам и связанным с ними некоторым моментам этнокультурной истории тюркских племён. Он открывается тремя статьями, авторами которых являются И. Бенцинг, Э.Дж. Пуллиблэнк и Г. Дёрфер; в них обсуждаются с разных позиций проблемы языка (языков) азиатских и европейских гуннов. Выбор сделан не случайно, хотя двое из авторов — Пуллиблэнк и Дёрфер — вообще отрицают какую-либо связь «гуннских языков» с тюркскими языками. Ведь даже, по мнению Г. Дёрфера, вообще и впредь «вопрос о гуннах будет оставаться спорным и трудным». Между тем именно с гуннами большинство современных учёных связывают начальные этапы тюркского глотто- и этногенеза. [6] Три публикуемые статьи дают достаточно чёткое представление о состоянии «гуннской» проблемы, как она представлена в работах европейских учёных.

 

И. Бенцинг (Johannes Benzing, род. 1913 г. [1913-2001]) — специалист в области алтайских языков, [7] которыми вплотную начал заниматься с 1940 г., в течение ряда лет занимал кафедру тюркологии в университете г. Майнца (ФРГ). Несколько работ он посвятил вопросам описания кыпчакских языков. В предлагаемой статье «Языки гуннов, дунайских и волжских болгар» И. Бенцинг, отрицая наличие единого гуннского языка в пределах созданных гуннами государственных образований («Это такая же фикция, как „единый язык варваров”, окружавших Римскую империю»), в то же время указывает на несомненное существование в их составе прототюркских и протомонгольских племён. Именно это обстоятельство позволяет ему ставить вопрос о языковой преемственности между какой-то частью гуннов и праболгарскими племенами в Поволжье, на Северном Кавказе и на Дунае. Характеризуя язык волжских болгар, И. Бенцинг рассматривает его как непосредственного предшественника чувашского языка. Следует добавить, что сейчас в результате последних работ советских и венгерских исследователей источниковедческая база для изучения волжскоболгарского языка значительно укрепилась, а его лексический состав, особенности фонетики, морфологии и даже диалектное членение во многом прояснились. [8]

(6/7)

 

Э.Дж. Пуллиблэнк (E.G. Pulleyblank, род. 1922 г. [1922-2013]) получил синологическое образование в университете Калгари и в Лондонском университете, преподавал китайский язык и историю Дальнего Востока в Лондоне, Кембридже, Ванкувере. Его основные интересы лежат в области исторической фонетики китайского языка и истории Китая в Танскую эпоху. Синологический аспект рассмотрения гуннской проблемы нашел отражение и в его статье «Язык сюнну», в которой автор на основе реконструкции сохранившихся в китайских источниках I в. до н.э. — I в.н.э. гуннских глосс (в китайской транскрипции этноним «гунн» звучит как «сюнну») предпринял попытку охарактеризовать некоторые черты фонологии и лексики этого языка. В ходе своего исследования Э. Пуллиблэнк отчётливо сформулировал два вывода, степень доказательности которых, однако, различна. Первый его вывод негативный: автор отрицает возможность отнесения языка сюнну к алтайским языкам. Второй вывод позитивный: автор допускает принадлежность языка сюнну к группе так называемых енисейских языков (их наиболее известный потомок — кетский язык [9]), но этот вывод обоснован значительно слабее, что хорошо показано в публикуемой статье Г. Дёрфера.

 

Г. Дёрфер (Gerhard Doerfer, род. 1920 г. [1920-2003]) — разносторонний и оригинальный исследователь алтайских языков, работающий в области монгольских, тюркских (крупным событием в тюркологии было описание им халаджского языка), [10] а также и тунгусо-маньчжурских языков, [11] занимает кафедру тюркологии и алтаистики в Гёттингенском

(7/8)

университете. Его работа «О языке гуннов» представляет особый интерес, так как её автор наиболее полно собрал и обсудил накопленные наукой факты и результаты исследования «гуннских языков». Методическая тщательность этого учёного делает его аргументацию и выводы несомненно весомыми. Следует всё же оговорить, что историческая связь тюрков и уйгуров Центральной Азии с племенным союзом сюнну, а праболгарских племён в Юго-Восточной Европе с европейскими гуннами, косвенно не отрицаемая и самим Г. Дёрфером, не может быть никоим образом элиминирована при обсуждении гипотез об этническом составе обоих гуннских империй.

 

Учитывая большую роль ранних письменностей при формировании основ цивилизации тюркоязычных народов Центральной Азии, составители включили в сборник две статьи, в которых рассматриваются гипотезы о происхождении тюркского рунического и уйгурского письма, а также характеризуются особенности их использования в течение без малого тысячи лет.

 

Дж. Клосон (Gerard Clauson, 1891-1974) — крупнейший английский тюрколог [12] удачно суммирует в своей статье «Происхождение тюркского рунического письма» различные гипотезы о возникновении последнего. Он в наиболее отточенном виде выражает здесь широко распространённые в сфере специалистов представления о создании тюркской рунической письменности как о единовременном акте, основанном на заимствовании и адаптации знаков из других бытовавших в Центральной Азии систем письма (прежде всего — согдийской и греко-кушанской). В статье уделено много места рассмотрению способов адаптации тюрками алфавитов, возникших в иной языковой среде.

 

А. фон Габен (Annemarie von Gabain, род. 1901 г. [1901-1993]) — виднейшая представительница немецкой тюркологии, ученица и сотрудница В. Банга, много сделавшая для изучения древнеуйгурских памятников, культуры и искусства центральноазиатских тюркских народов, автор одной из первых грамматик древнетюркского языка. [13] В публикуемой статье «Культура письма и печатания у древних тюрков» она подробно

(8/9)

описывает особенности разных систем письма, которые применяли древние тюрки, и прежде всего — согдо-арамейского. А. фон Габен детально останавливается на технических аспектах практического использования письменностей в тюркской среде, она характеризует инструменты для письма, способы брошюровки и хранения рукописей, принципы их размножения, основы ксилографической печати и многие другие аспекты, представляющие интерес для широкого круга специалистов.

 

В сборник помещены также две работы, в которых раскрывается литературное творчество тюркских народов на ранних этапах их государственной консолидации. Особенно интересны представленные здесь взгляды зарубежных тюркологов, содержащие идеи о преемственности между устным народным творчеством и письменной литературой тюрок, а также об историческом развитии последней в Тюркском каганате, Уйгурском государстве и в государствах Караханидов и Тимуридов.

 

Обстоятельная статья А. Бомбачи (Alessio Bombaci, 1914-1979) [14] — этого видного представителя итальянской тюркологической науки, работавшего в Римском университете и Неаполитанском восточном институте, — является сжатым, но чрезвычайно насыщенным по материалу исследованием ранней тюркской поэтики и стилистики. Им предложена характеристика литературных жанров, обычных для тюркоязычных литератур ХI-ХVII вв.; в статье достаточно подробно освещены связи тюркских поэтических жанров с арабскими и персидскими, а также затронут вопрос о так называемом «доисламском наследии» в средневековых тюркоязычных литературах.

 

Хотя в статье А. ф. Габен «Древнетюркская литература» также идёт речь о раннем тюркском народном поэтическом и литературном творчестве (эпос, песня, фольклор), основное внимание всё же уделено здесь характеристике литературной значимости первых письменных памятников — орхоно-енисейских, но более всего — древнеуйгурских, представляющих многие литературные жанры и стили. Именно в этом описании раскрывается эрудиция учёного, одного из лучших знатоков древнетюркских текстов. Обширные синологические знания помогают автору обнаружить связи подлинников и их уйгурских переводов, показать творческий характер обработки древними тюркскими переводчиками и авторами известных религиозных и светских

(9/10)

сюжетов, определить особенности языка и стиля разных древнеуйгурских текстов.

 

Сборник завершается двумя статьями известного французского тюрколога старшего поколения, ученика Ж. Дени, Л. Базена (Louis Bazin, род. 1920 г.), занимающегося как современными огузскими языками — турецким и туркменским, так и древнейшими памятниками. Его статьи «Человек и понятие истории у тюрков Центральной Азии (VIII в.)» и «Концепция возраста у древних тюрков» затрагивают весьма острые историко-культурные проблемы, касающиеся осознания исторического времени и систем его исчисления у тюрков эпохи каганатов. [15] Исследуя памятники орхоно-енисейской рунической письменности, Л. Базен выявляет системы датировки событий, содержащихся в этих памятниках, а также способы переосмысления и изложения исторических фактов, нашедших отражение в текстах из Монголии и с Енисея. Автору удается проследить динамику и последовательное развитие представлений об историческом времени, которые специфичны для тюркских народов.

 

Настоящий сборник является первым опытом обобщения зарубежных тюркологических работ на определённую тему. Начата подготовка ещё нескольких подобных сборников, и следует надеяться, что отклики и предложения всех заинтересованных читателей позволят лучше планировать состав этих сборников.

С.Г. Кляшторный, Д.М. Насилов


 

[1] См.: Бартольд В.В. История изучения Востока в Европе и России. — Сочинения. Т. IX. М., 1977, с. 199-484; Кононов А.Н. Очерк истории изучения турецкого языка. Л., 1976.

[2] Strahlenberg Ph.J. Das Nord- und Östliche Theil von Europa und Asia... Stockholm, 1730; см. также: Hовлянская M.Г. Филипп Иоганн Страленберг. Его работы по исследова-(3/4)нию Сибири. М.-Л., — 1966; Hасилов Д.М. Об алтайской языковой общности (к истории проблемы). — В кн.: Тюркологический сборник 1974. М., 1978, с. 98-105.

[3] Подробнее см.: Кононов А.Н. История изучения тюркских языков в России. Дооктябрьский период. Изд. 2-е. Л., 1982.

[4] См. Menges K.H. The Turkic Languages and Peoples. An Introduction to Turkic Studies. Wiesbaden, 1968.

[5] См.: Кононов А.Н. Тюркская филология в СССР. 1917-1967. M., 1968.

[6] См.: Баскаков H.A. Введение в изучение тюркских языков. M., 1962, с. 106-175.

[7] Benzing J. Einführung in das Studium der altaischen Philologie und der Turkologie. Wiesbaden, 1953.

[8] См.: Юсупов Г.В. Введение в булгаро-татарскую эпиграфику. М.-Л., 1960; Фахрутдинов Р.Г. Археологические (6/7) памятники Волжско-Камской Булгарии и её территория. Казань, 1975; Федотов М.Р. Исторические связи чувашского языка с языками угро-финнов Поволжья и Перми, I-II. Чебоксары, 1965-1968; Xакимзянов Ф.С. Язык эпитафий волжских булгар. М., 1978; Левитская Л.С. Историческая морфология чувашского языка. М., 1976; Егоров В.Г. Этимологический словарь чувашского языка. Чебоксары, 1964; Rona-Taš А., Fоdor S. Epigraphica Bulgarica. Szeged, 1973.

[9] См.: Языки народов СССР. Т. V. Л., 1968, с. 407-473; Дульзон А.П. Кетский язык. Томск, 1968.

[10] Doerfer G. und Tezcan S. Wörterbuch des Chaladsch. Budapest, 1980. Там же библиография других работ Г. Дёрфера о халаджском языке.

[11] См.:Дёрфер Г. О состоянии тюркологии в Федеративной Республике Германии. — «Советская тюркология», — 1974, №6, с. 98-109.

[12] См.: Кононов А.Н., Кляшторный С.Г. Джерард Клосон. (Некролог). — «Советская тюркология». — 1974, №5, с. 145-146; Баскаков H.A., Трыярский Э. Памяти Джерарда Клоусона. (1891-1974). — «Народы Азии и Африки», 1975, №3, с. 246-249.

[13] Библиографию основных работ А. фон Габен см.: A. von Gabain. Alttürkische Grammatik. 3-te Auflage. Wiesbaden, 1974.

[14] Баскаков H.A. Памяти Алессио Бомбачи. — «Советская тюркология».1980, №2, c. 106-108.

[15] Более подробно, но на тех же принципиальных основах указанные проблемы рассмотрены в монографии автора: Bazin L. Les calendriers turcs anciens et médiévaux. Université de Lille. III, 1974 (ротапринт).

 


(/379)

 

Сокращения названий языков.   ^

 

авест. — авестийский

аз. — азербайджанский

алт. — алтайский

араб. — арабский

арин. — аринский

башк. — башкирский

болг. — болгарский

волж.-болг. — волжско-болгарский

гот. — готский

греч. — греческий

гунн. — гуннский

др.-тюрк. — древнетюркский

каз. — казахский

кар. — караимский

кет. — кетский

кит. — китайский

койб. — койбальский

котт. — коттский

кр.-тат. — крымско-татарский

кыпч. — кипчакский

лат. — латинский

лит. — литовский

монг. — монгольский

новоперс. — новоперсидский

общетюрк. — общетюркский

огуз. — огузский

осет. — осетинский

осм. — османский

перс. — персидский

позднеболг. — позднеболгарский

пумпок. — пумпокольский

раннеболг. — раннеболгарский

русс. — русский

саг. — сагайский

серб. — сербский

скр. — санскрит

ср.-тюрк. — среднетюркский

ст.-инд. — староиндийский

сувар. — суварский

тат. — татарский

тиб. — тибетский

тунгус. — тунгусский

тув. — тувинский

тур. — турецкий

турк. — туркменский

уйг. — уйгурский

хак. — хакасский

чаг. — чагатайский

чеш. — чешский

чув. — чувашский

як. — якутский

 


(379/380)

 

Библиографические сокращения и сокращения источников.   ^

 

ДТС — Древнетюркский словарь. Л., 1969.

ИАН — Известия Императорской Академии наук. СПб.

ИОАИЭК — Общество археологии, истории и этнографии при Казанском университете.

МИА — Материалы и исследования по археологии СССР. М.

НАА — Народы Азии и Африки.

ТС — Тюркологический сборник. М.

ЭВ — Эпиграфика Востока. Л.

ААН — Acta antiqua Academiae Scientiarum Hungaricae. Budapest.

ABAW — Abhandlungen der (Berliner, d.h.) Preussischen Akademie der Wissenschaften.

ADAW — Abhandlungen der (Berliner, d.h.) Deutschen Akademie der Wissenschaften.

AfV — Archiv für Völkerkunde. Wien.

ALH — Acta linguistica Hungarica. Budapest.

AM — Asia Major. L.

AOH — Acta Orientalia Academiae Scientiarum Hungaricae. Budapest.

AOr — Archiv Orientalni. Praha.

B.-IJBS — Byzantion. International Journal of Byzantine Studies. N.Y.

BSOAS — Bulletin of the School of Oriental and African Studies, University of London.

CAJ — Central Asiatic Journal. The Hague-Wiesbaden.

(380/381)

EI — Enzyklopädie des Islam. 1-4. Leiden-Lpz. (P., L.), (1908), 1913-1934.

EI2 — The Encyclopaedia of Islam. New ed. Vol. 1 — ... Leiden — L., 1960-...

FUF — Finnisch-ugrische Forschungen, Helsinki.

Cibb, HOP — E.J.Gibb, A History of Ottoman Poetry. L., 1900.

HJAS — Harvard Journal of Asiatic Studies Cambridge. Mass.

JA — Journal asiatique, P.

JAOS — Journal of the American Oriental Society, Chicago.

JRAS — Journal of the Royal Asiatic Society Great Britain and Ireland. L.

JSFOu — Journal de la Société Finno-ougrienne, Helsinki.

KCsA — Körösi Csoma-Archivum. Budapest.-Lpz.

KSz — Keleti Szemle (Revue orientale), Budapest.

M I-III — A. von Le Coq, Türkische Manichaica aus Chotscho I-III — ABAW, Anhang, 1911, B., 1912; 1919, N3; 1922, N2.

MSFOu — Mémoires de la Société Finno-ougrienne, Helsinki.

MSOS — Mutteilungen des Seminare für Orientalischen Sprachen. B.

PhTP — Philologiae Turcicae Fundamenta, Wiesbaden, Bd I, 1959; Bd II, 1964.

RO — Rożnie Orientalistycny. Lwów (Kraków), Warszawa.

SBAW — Sitzungsberichte der (Berliner, d. h.) Preussischer Akademie der Wissenschaften.

TD — «Türk dili», Ankara, İstanbul.

TDAY — «Türk dili araştırmaları yılliğı. Belleten», Ankara.

TDED — «Türk dili ve edebiyati». Ankara.

TM — «Türkiyat mecmuası», İstanbul.

T’P — T’oung Pao, ou Archive consernant l’histoire, les langues, la géographie, 1’etnographie et les arts de l’Asie Orientale. Paris — Leiden.

TT I-V — W.Bang und A. von Gabain, Türkische Turfan-Texte I, II u.s.w. — SBAW, 1929, N15; 22; 1930, N13.

(381/382)

TT VI — W.Bang — A. von Gabain — G.R. Rahmeti. Türkische TurfanTexte VI: Säkiz yükmäk. — SBAW. 1934.

TT VII — Arat. Türkische Turfan-Texte VII. — ABAW. 1937.

TT VIII — A.von Gabain. Türkische Turfan-Texte. VIII. — ABAW, 1952, N7. B., 1954.

TT IX — A.von Gabain, W. Winter. Türkische Turfan-Texte IX. — ADAW, 1956, H2, B., 1958.

TT I — T. Kovalski, ed A. von Gabain. Türkische Turfan-Texte X. — ADAW. 1958, N1, B., 1959.

U I-III — F.W.K. Müller. Uigurica I-III. — ABAW. 1908, K 2; 1910, N3; 1920, N2.

UAJ(B) — Ural-altaische Jahrbücher. Wiesbaden.

UJ(B) — Ungarische Jahrbücher, B.

WZKM — Wiener Zeitschrift für die Kunde des Morgenlandes.

ZDMG — Zeitschrift der Deutschen Morgenländischen Gesellschaft, Lpz.

ZfslPh — Zeitschrift für slavische Philologie.

 


(382/383)

 

Библиографическая справка.   ^

 

1. И. Бенцинг. Языки гуннов, дунайских и волжских болгар: Johannes Benzing. Das Hunnische, Donaubolgarische und Wolgabolgarische (Sprachreste). — PhTF. T. 1, 1959, с. 685-695.

2. Г. Дёpфер. О языке гуннов: Gerhardt Doerfer. Zur Sprache der Hunnen. — CAJ. Vol. XVII, 1973, N1, с. 1-50.

3. Э.Дж. Пуллиблэнк. Язык сюнну: E.G. Pulleyblank. The Hsiung-nu Language. — AM. New series. Vol. IX, 1962, pt. 2, с. 239-265.

4. А. фон Габeн. Культура письма и печатания у древних тюрков: Annemari von Gabain. Alttürkische Schreibekultur und Druckerei. — PhTF. T. II, 1964, с. 171-191.

5. Дж. Клосон. Происхождение тюркского рунического алфавита: Gerard Сlauson. The origin of the Turkish «runic» alfabet. — «Acta Orientalia». Т. XXXII. Copenhagen, 1970, c. 51-76.

6. А. Бомбачи. Тюркские литературы. Введение в историю и стиль: Alessio Воmbасi. The Turkish literatures. Introductory notes on the history and style. — PhTF. T. II, 1964, c. XI-LXX.

7. А. фон Габен. Древнетюркская литература: Annemarie von Gabain. Die alttürkische Literatur. — PhTF. T. II, 1964, c. 211-243

8. Л. Базен. Человек и понятие истории у тюрков Центральной Азии в VIII веке: Louis Bazin. L’homme et la notion d’histoire dans l’Asie Centrale turque au VIIIe siècle. — «Diogene», 1963, N42, c. 86-102.

9. Л. Бaзeн. Концепция возраста у древних тюрков: Louis Bazin. Le concept d’année d'âge chez les peuples turcs anciens. — «Journal de psychologie». T. LVI, 1959, N1, c. 41-59.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

наверх

главная страница / библиотека / обновления библиотеки